«…СУРОВЫЙ ЦАРЬ ЗЕМЛИ…»

Кавказ – вечное естественное порубежье, преграда между скифской степью и цивилизованной Азией. Никто не знает, как давно здесь живут люди и сменялись эти народы или просто изменялись по своим законам. И, да простят нас за такой взгляд, неотъемлемая часть России, потому, что кавказцы для русских – пример гордости и достоинства, а русские для кавказцев – пример организованности. Именно поэтому и неотъемлемая – когда мы вместе, у нас ничего нельзя отнять.

Публикуем письмо от нашего читателя, которое приоткроет, насколько мало отличается жизнь в кавказских горах от жизни на русской равнине несмотря на всю внешнюю непохожесть.

Регион, в котором я живу, именуется страной гор [даг – гора, стан – страна]. С давних пор это место населяют разные народы, языки которых отличаются друг от друга так же, как и высокие скалистые горы, каждая из которых по-своему уникальна и красива. Говорят, когда Бог брёл по миру и раздавал языки людям, он рассыпал мешок с ними именно в наших горах, и, не собрав все языки обратно, пошел дальше. Действительно, более 33 народностей уже столетиями, если не тысячелетиями, умудряются вместе ужиться, как одна большая семья, членом которой может стать всякий гость, ведь не секрет, что Кавказ славится своим гостеприимством. В этом небольшом горном местечке также собраны самые крайности человеческой натуры – лень и трудолюбие, вера и неверие, рабство и свобода. Кроме гор есть тут и равнина, выстроенная этакими даговскими мухосрансками, в одном из которых, живя в огромном сталинском доме, я пишу этот сказ о бытии джигитов.

Начну я с народов, а именно со своего – лакского. Исторически, лакцы живут в самом сердце нагорного Дагестана, на стыке высоких утесов и предгорных равнин. После депортации чеченцев в 1944, небольшой кусок их равнинной территории передали Дагестану, куда было решено переселить те лакские села, которые находятся в кручинистых, скалистых местах. Сталин и Берия задумали неплохо, только народу сгибло при переселении и после немало, в первую очередь из-за климата, так что мы кровью заслужили тот равнинный цветник. Лакцы немногочисленны, но горды, в первую очередь за свою историю, в которой им не раз удавалось захватывать почти всю страну гор и Азербайджан. Еще более горд за советское время, когда из нас, да и не только вышли выдающиеся учёные всесоюзного масштаба, даже космонавт. Советский период вытащил дагестанцев из средневекового клерикального болота, осушил его, но ненадолго…

Районов в нагорье у нас два – это Лакский и Кулинский, население которых сильно отличается друг от друга, хотя бы в первую очередь тем, что первые – владельцы литературного языка все больше и больше забывают свой родной, идет процесс ползучей русификации, вторые же – носители диалектов и говоров, сохраняют свой язык в чистоте. Если первые лентяи и больше склонны к умственному труду, если их внешность похожа на европейскую, то вторые – трудоголики, плечистые горные орлы, лица которых больше похожи на персо-арабские. Как не удивительно, но гаплогруппы наши одни и те же.

Родился я и жил вначале в ауле М**, на самой границе Лакского района. Местность довольно плодородна, частым здесь является проливной дождь, запах которого опьяняет любовью к Родине, расслабляет больше, чем грузинское вино. Недалеко есть сады, в которых я провёл своё детство. Рядом небольшая река, к которой мы шествовали с друзьями и всем селом на маевки (хотя для жителей там каждый день что маевка) уж больно любят они поводы выпить. Есть также лес, куда жители ходят по дикие ягоды – собирают землянику, ежевику и другие плоды. Находясь на малой Родине, аж душа радуется. Наверное, вы подумаете, что люди здесь так же соответствуют окружающей их действительности. Но, нет! Обман, сплетни, зависть – вот что окружало меня, в особенности последнее. Для наглядности приведу пример. Купили мы, значит, кур, десять штук с петухом. Дня через четыре всех отравили, да так, что живой осталась только одна. И ту через неделю украли. Такие случаи нередки и связаны почти со всеми хозяйствами. Никто в таком случае и не соберётся выяснять: кто? как? почему? Уж больно привычна эта атмосфера. Но, не все люди гнилые. Есть среди них и порядочные, но таких мало и как правило это приезжие из других мест, как например наша семья, которая до моего рождения жила то в Тбилиси, то в Махачкале, то в разных лакских хуторах и наконец – М**. Бытие гнилья к счастью, не сформировало моего сознания. Когда мне исполнилось 5, наша семья переехала в райцентр – село В****, место с многотысячелетней историей, население которого разнородно, в отличие от прежнего местопребывания. Переехала из-за моей учёбы. С детства в моем сознании было почитание к старшим и, пойдя в первый класс, я смотрел на учителя как на бога, вдохновлялся им, хотел стать как он – учить детей, но с годами перехотел, видя ситуацию в школах. Мне повезло, что я учился по советским книгам, что наш учитель был старой закалки, был второй матерью. Будучи в четвертом классе, все одноклассники собирались к одному из нас, дабы лицезреть порнографию – что-то новое и непонятное для нас – думаю этого достаточно для описания ситуации в школах. Повзрослев, мы стали серьезнее, и всё это осталась в «молодости».

Теперь перенесёмся к религии. Лакцы – одна из самых нерелигиозных народностей Дагестана. Сейчас скажу почему. Лакцы первыми в стране гор приняли ислам, без боя сдавшись ближневосточным оккупантам. Понятно, что нашему народу было насрать на веру и это подтверждает Октябрьская Революция, после которой лакцы точно также безразлично оставили свою веру и стали безбожниками. И та, советская атмосфера сохраняется и сейчас, только с отголосками путинизма и поднявшей голову религии.

Тот народ, который принял ислам последним, в котором кровью был насажден ислам – самый многочисленный народ страны гор – аварцы, дорожат своей верой, которую они умудрились сохранить и в советское время. Из этого ясно одно – то, что легко достаётся – легко и теряется. У еще одного крупного народа – лезгин – почти такое же положение, как и у лакцев, даргинцы и кумыки занимают среднее положение в этом плане между аварцами и лакцами. Всеми делами религии в республике руководит ДУМД, являющаяся хорошим инструментом властей по насаждению религиозного оппортунизма, именуемого суфизмом. Та часть муслимов, которая выступает против властей – этакие религиозные революционеры именуются саляфитами, учение которых приобретает всё большую популярность в плохо обработанной суфиями молодежи и в особенности в городах. Такая в общем и целом ситуация по религиозной части в регионе.

По иронии судьбы, я родился в семье имама и был глубоковерующим мусульманином до тех пор, пока не стал изучать марксизм. Почему я сделал поворот к коммунизму? Этому способствовали два фактора – религиозный гнёт, о котором не стоит говорить в подробностях, отталкивающий от веры, тем более в атмосфере нерелигиозного окружения и знакомство с коммунизмом, в соответствии с порывом души. Я не помню момента, когда я сказал себе «я стану коммунистом», это пришло как бы само по себе. Ну, а началось всё со Сталина, имя которого и привело к Марксу, а в дальнейшем и к Ким Ир Сену. Кстати, в самом центре В**** висят два огромных портрета Кобы, несмотря на переселения. В В**** всё ещё царит атмосфера ностальгии по колхозному строю, чего не скажешь о более мелких сёлах, где этот самый строй проклинают.

Помнится, ехал в родное село матери – И****. Там я жил у своей тёти и впервые в жизни узнал о таком явлении, как «бичовство». У них обитал русский «бич» Витя, выполнявший различную хозяйственную деятельность… Таких бичей, вероятнее всего, отыскивали среди неимущих слоёв населения в городах. Им хозяева так же могут оформить паспорта, дать денег и отпустить.

Население городов отличается от сельского прежде всего тем, что в селе курение и распитие алкоголя порицалось и считалось чем-то постыдным, хотя этим занималась вся молодёжь. В городах же ничего такого нет, курит и пьет каждый второй. Этим самым я подвожу к тому, что в селах царит консерватизм, в городах же либерализм. Коммунистов немного…

Плацдармом антикоммунизма является духовенство, люто ненавидящее в первую очередь Вождя мирового Пролетариата, которого якобы даже земля «не принимает». Когда мне так сказал один из имамов, я ему ответил: «значит, земля хочет чтобы он жил». Сталина же объявили мусульманином, якобы принявшим ислам во время войны.

Меня в селе считали человеком глубоко верующим, потому имам района предлагал мне поступить в Исламский. Мотивировал меня тем, что у него был смартфон за 80 тысяч и мол, якобы у меня тоже будет такой же, если я поступлю в этот университет. Так же, зная о моих социалистических взглядах, он приводил в пример ветеранов Великой Отечественной, у которых якобы был как максимум телефон-фонарик. Муллы – это жалкое зрелище, как и попы. Главное отличие в том, что муллы не берут денег с людей и раздают всем неимущим каждый месяц коробку с едой.

Села пустеют, многие уезжают на заработки или на учёбу в города. Горная пустошь – вот что там будет через лет десять. И в пустоши этой – обрусевшие дикари и клерикальное болото…

P. S. Название взято из стихотворения М. Ю. Лермонтова «Тебе, Кавказ, суровый царь земли…»

2 декабря 2018 г.