СХВАТКА КОНТРРЕВОЛЮЦИЙ

Адекватной оценки истории позднего Советского Союза у коммунистов России и стран СНГ до сих пор нет. В этом мы, надо признаться, значительно отстаём от зарубежных товарищей. Это довольно пагубная тенденция, поскольку, не разобравшись в опыте прошлого, нельзя размышлять о перспективах будущего. В данном материале мы разберем одно из наиболее лицемерных «достижений», переродившегося буржуазного руководства СССР – военное вторжение и оккупация Чехословакии. 

P.S. Чешская контрреволюция была бы не меньшим, хотя и другим преступлением пред населением страны. Последствия такой контрреволюции мы наблюдаем сегодня. Это был тот случай, когда «оба хуже».

Для начала разберёмся, с чего все началось в общих чертах. Партийная буржуазия Чехословакии захотела поменять хозяев с придурковатых советских бояр, на, по началу щедрых для своих холуев, империалистов запада. Для этого было необходимо встроиться в политическую конъюнктуру новых потенциальных хозяев и, при этом, не получить по зубам от своего барина. В этих целях и началась «Пражская весна» – условно окрещённый этим названием в массовой культуре период либерализации политической системы в Чехословакии с 5 января по 21 августа 1968 года. В это время происходит избрание первым секретарём ЦК КПЧ Александра Дубчека и принятие его реформ, которые были направлены на показушное расширение прав и свобод граждан и внешнюю децентрализацию власти в стране [1] по аналогии с привычными европейскими капиталистическими державами.

В связи с увеличивающимся спадом в экономике, вызванным неустойчивой экономической моделью (государственно-монополистический капитализм), и утратой популярности выбранного политического пути, в компартии Чехословакии возникло «реформаторское» крыло, основным лозунгом которого (предвосхищая отечественную «перестройку») провозглашался «социализм с человеческим лицом». Суть его политического курса заключалась в предоставлении дополнительных буржуазно-демократических прав гражданам (свободы слова, свободы передвижения, ослабление государственного контроля над СМИ и т.д.). Эта политическая установка быстро набрала популярность, поскольку допотопно-цензурный уровень, который продержался в нашей стране, начиная от капиталистической реставрации вплоть до развала СССР, успел себя дискредитировать уже в те годы.

Советские бояре не одобрили данные изменения в политической и культурной жизни своей колонии, а также реформы в исполнительной власти, в связи с чем и были введены войска Организации Варшавского Договора на территорию ЧССР для подавления либеральных протестов.

После того, как войска были введены, а протесты подавлены, в Чехословакии наступил период «нормализации». Последующие ставленники у руля государства пытались восстановить экономические и политические ценности, которые преобладали до получения власти над выродившейся Коммунистической партией Чехословакии группой Дубчека. Густав Гусак, заменив Дубчека и став президентом, отменил практически все реформы своего предшественника.

После всенародного обсуждения «проекта разделения» страны на федерацию трёх республик (Богемии, Моравии-Силезии и Словакии) Дубчек курировал решение о разделе на две части — на Чешскую и Словацкую республики. Это единственное изменение, которое пережило конец Пражской весны.

Но давайте разберёмся в произошедшем подробнее.

ИСТОРИЯ КОНФЛИКТА

4 января 1968 года Антонин Новотный был смещён с занимаемого им поста 1-го секретаря Центрального Комитета КПЧ, оставаясь при этом президентом Чехословакии.

Во главе партии встал один из инициаторов открытых рыночных реформ Александр Дубчек. Он не препятствовал кампании, развёрнутой в СМИ против президента и бывшего генсека, как консерватора и врага реформ, и 28 марта 1968 года Новотный заявил об уходе и с поста президента, и из состава ЦК. После апрельского Пленума ЦК КПЧ её новый руководитель Дубчек назначил реформаторов на высшие руководящие посты.

После прихода к руководству Коммунистической партии Чехословакии Александра Дубчека, Чехословакия начала проявлять всё бо́льшую независимость от СССР во внутренней политике, но, тем не менее, из блока Варшавского договора Чехословакия выходить не собиралась.

Была значительно ослаблена цензура, повсеместно проходили свободные дискуссии, началось создание многопартийной системы. Было заявлено о стремлении обеспечить полную свободу слова, собраний и передвижения, установить строгий контроль над деятельностью органов безопасности, облегчить возможность организации частных предприятий и снизить государственный контроль над производством. В общем, все эти прелести воспеваются уже порядка двухсот лет, но всё никак не обретут материального воплощения. Кроме того, планировалась федерализация государства и расширение полномочий органов власти субъектов ЧССР –Чехии и Словакии.

Некоторые считают, что в первую очередь Пражскую весну «подогрело» известное письмо Александра Солженицына IV Всесоюзному съезду советских писателей, которое прочитали и в Чехословакии. [2]

Рассчитывая на поддержку своих идей в широких слоях общества, весной 1968 года обновлённое руководство ЧССР разрешило создавать на предприятиях советы рабочего самоуправления. В апреле соратниками Дубчека — Р. Рихтой, О. Шиком и П. Ауэспергом была выдвинута «Программа действий», где также значилось и требование «идейного плюрализма». [3]

Дубчек, выступая по телевидению, в связи с этой программой, призвал проводить «такую политику, чтобы социализм не утратил своё «человеческое лицо». [4] «Программа действий» провозглашала курс на «демократическое обновление социализма» и ограниченные экономические реформы. Было разрешено создавать политические клубы. С отменой цензуры появились новые органы печати и общественные объединения, в том числе KAN — «Клуб ангажированных беспартийных» (от одного только названия помереть со смеху можно) и «Клуб—231» из бывших политических заключённых, осуждённых после 1948 года (назван в честь статьи, предусматривающей уголовную ответственность за антигосударственную и антиконституционную деятельность, по всей Чехословакии было до 80 тысяч членов клуба).

Из ранее прекративших своё существование партий заявку на своё воссоздание подала социал-демократическая партия Чехословакии. Однако более многочисленной была непартийная оппозиция (в июне 1968 года подали заявки на регистрацию более 70 политических организаций). Отчасти схожая с неформальными организациями в СССР конца 1980-х годов, эта оппозиция также потребовала создания многопартийной парламентской системы.

27 июня 1968 года в пражской газете «Literárnílisty» писатель Людвик Вацулик опубликовал манифест «Две тысячи слов, обращённых к рабочим, крестьянам, служащим, учёным, работникам искусства и всем прочим», который подписали многие известные общественные деятели, в том числе и лица именующие себя коммунистами. [5] В этом либеральном по духу документе был подвергнут критике нездоровый консерватизм КПЧ и провозглашались идеи демократизации политической системы и введения политического плюрализма.

Одновременно с либерализацией в обществе нарастали антисоветские настроения.

Политические реформы Дубчека и его соратников не являлись полным отходом от прежней политической линии, как это было в Венгрии в 1956 году, однако рассматривались руководителями СССР и ряда соцстран (ГДР, Польша, Болгария) как угроза партийно-административной системе Советского Союза и стран Восточной и Центральной Европы, а также целостности и безопасности «советского блока» (по факту – безопасности властной монополии и гегемонизма советского империализма).

Немаловажное значение имела атмосфера нарастающего отчуждения между ЧССР и остальными странами социалистического (и не очень) содружества, что выражалось в их неуправляемой критике, включая персонально и высшее руководство (так, в 1968 году газеты и журналы изобиловали фельетонами, шаржами и карикатурами на грани корректности в адрес Л. И. Брежнева, А. Н. Косыгина, В. Ульбрихта, В. Гомулки и др.). Особенно болезненно там воспринималась критика отдельных явлений политической, экономической и общественной жизни в этих странах с подчеркиванием многих дефектов и недостатков прежде всего, в СССР, началом которой можно считать знаменитый «Отчёт № 4» И. Ганзелки и М. Зикмунда [6], составленный по заданию руководства КПЧ по итогам путешествия по СССР и направленный ими лично Л. И. Брежневу. Весьма негативную эмоциональную реакцию последнего вызвало неодобрение в 1965 году А. Новотным отставки Н. С. Хрущева и связанных с нею обстоятельств, также А. Новотный с 50-х годов постоянно отказывался обсуждать вопрос о размещении советских войск в Чехословакии. Отказ от безоговорочного восприятия советского опыта как образца, не говоря уж об игнорировании прямых указаний и «рекомендаций», в частности, в кадровых вопросах, воспринимался руководством КПСС как открытый ревизионизм в противовес своему скрытому. Эти, и другие обстоятельства привели к тому, что Чехословакию руководство КПСС считало «не вполне социалистической» задолго до 1968 года.

Поскольку Чехословакия находилась в самом центре оборонительной линии Организации Варшавского договора, то её возможный выход из него был недопустим во время холодной войны.

КУЛЬМИНАЦИЯ ПРОТЕСТОВ

По мере развития протестного движения и усиления антикоммунистических, антисоветских и, более конкретно, русофобских настроений в стране, вместо относительно нейтральных лозунгов и призывов предоставить больше политической свободы и демократии, постепенно стали применяться другие, более категоричные и радикальные, к 20-м числам июля принявшие форму:

«Иван, уходи домой!»

«Твоя Наташа найдёт себе другого!»

«Не по-чешски не говорить!»

Особо активно указанные лозунги декламировались на Вацлавской площади в Праге и на площади перед зданием Министерства иностранных дел в Братиславе (где проводились встречи высшего советского и чехословацкого партийно-государственного руководства), а также перед советскими представительствами в ЧССР. Из последнего лозунга следует, что наибольшую русофобию демонстрировала именно чешская часть общества, в то время как словаки, даже антикоммунистически и антисоветски настроенные, традиционно оставались менее подвержены русофобской пропаганде и агитации.

Советское руководство было готово принять «социализм с чешской спецификой», а по сути, капитализм с чешской спецификой, и закрыть глаза на целый ряд уже имеющихся открытых капиталистических элементов в экономике и народном хозяйстве страны, таких как наличие практически ничем не ограниченной свободы внешнеэкономической деятельности для крупных национальных производственных объединений, разветвлённые воздушные маршруты национальных авиалиний, совершающих рейсов в капстраны больше, чем в СССР и страны соцориентации.

Главными требованиями Политбюро ЦК КПСС к их коллегам из ЦК КПЧ, оглашёнными в ходе переговоров на высшем уровне, состоявшихся 4 августа, были:

а) пресечь любую полемику о возможном выходе страны из состава ОВД,

б) принять меры к прекращению оголтелой антисоветской и русофобской пропаганды на улицах.

Временное затишье протестов, пришедшееся на 5 августа, вызвало у советского руководства иллюзию того, что КПЧ удалось урегулировать ситуацию самостоятельно, материалы с соответствующими заголовками («Планы империалистов сорваны!»), содержащие хвалебные реляции в адрес чехословацкого руководства, вышли в центральных органах советской печати и радиовещания, а когда 6 августа демонстрации возобновились с ещё большим накалом под лозунгами немедленного выхода страны из состава ОВД и опять же «Иван, уходи домой!», стала очевидной несостоятельность текущего чехословацкого руководства в урегулировании внутренних дел, было отдано распоряжение Вооружённым Силам СССР, находившимся в готовности к вводу войск, приступить к активной фазе войсковой операции. Определённую роль в усугублении кризиса сыграли приятельские отношения Брежнева с Дубчеком – Лёлик до последнего момента говорил проявлявшим обеспокоенность лицам из своего окружения, что «верит Саше» и верит, что у того всё под контролем. Подходящий момент для урегулирования кризиса политическими способами к тому времени уже был упущен, таким образом для руководства СССР была создана патовая ситуация, исключающая выигрышные варианты решения проблемы.

ОПЕРАЦИЯ «ДУНАЙ»

Период политического либерализма в Чехословакии закончился вводом в страну более 300 тыс. солдат и офицеров и около 7 тыс. танков стран Варшавского договора в ночь с 20 на 21 августа (отсюда две даты, встречающиеся в различных источниках). [2] Накануне ввода войск Маршал Советского Союза Гречко проинформировал министра обороны ЧССР Мартина Дзура о готовящейся акции и предостерёг от оказания сопротивления со стороны чехословацких вооружённых сил.

По утверждению советского дипломата Валентина Фалина, который во время этих событий возглавлял 2-й Европейский (британский) отдел МИД СССР:

16 августа, то есть за четверо суток до вторжения в ЧССР, Брежневу звонил Дубчек и просил ввести советские войска. Как бы чехи ни старались замолчать данный факт, запись телефонного разговора хранится в архиве. [7]

В 2 часа 21 августа на аэродроме «Рузине» в Праге высадились передовые подразделения 7-й воздушно-десантной дивизии. Они блокировали основные объекты аэродрома, куда стали приземляться советские Ан-12 с десантом и боевой техникой.

При известии о вторжении, в кабинете Дубчека в ЦК КПЧ срочно собрался Президиум КПЧ. Большинство — семеро против четверых — проголосовали за заявление Президиума, осуждающее вторжение. К 4:30 21 августа здание ЦК было окружено советскими войсками и бронетехникой, в здание ворвались советские десантники и арестовали присутствовавших.

К концу дня 24 дивизии стран Варшавского договора заняли основные объекты на территории Чехословакии. Исполняя приказ Президента ЧССР и Верховного Главнокомандующего ВС ЧССР Людвика Сво́боды, чехословацкая армия не оказала сопротивления.

Благодаря подпольным радиостанциям, оповестившим о вводе войск, и листовкам на улицы Чехословакии были выведены люди. Они сооружали баррикады на пути продвижения танковых колонн, распространяли листовки с обращениями к населению выйти на улицы. Неоднократно имели место нападения на советских военнослужащих, в том числе вооружённые, — в частности, танки и бронетехнику гражданские лица забрасывали коктейлями Молотова.

В результате этих действий погибли 11 советских военнослужащих (в том числе один офицер), ранены и травмированы 87 (в том числе 19 офицеров). Выводились из строя средства связи и транспорта. По современным данным, в первый день вторжения погибли 58 граждан Чехословакии, всего в ходе вторжения было убито 108 и ранено более 500 граждан Чехословакии (в основном нападавшие на военнослужащих СССР).[8]

По инициативе Пражского горкома КПЧ на территории завода в Высочанах начались подпольные заседания XIV съезда КПЧ, правда, без делегатов из Словакии, не успевших прибыть. Высочанский съезд КПЧ обратился ко всем коммунистическим и рабочим партиям мира с просьбой осудить советское вторжение.

Первоначальный план Москвы предполагал арест реформаторов и создание «временного революционного правительства» из членов оппозиционной Дубчеку фракции во главе с Алоисом Индрой. Однако, перед лицом всеобщего гражданского неповиновения, поддержанного решениями Высочанского съезда, и того факта, что президент Свобода категорически отказался узаконить предполагаемое правительство, Москва изменила свои намерения и пришла к выводу о необходимости договориться с законным чехословацким руководством.

23 августа в Москву вылетел Свобода вместе с вице-премьером Густавом Гусаком. 25 августа с Дубчеком и его товарищами начались переговоры, и 26 августа они завершились подписанием так называемого Московского протокола из 15 пунктов («Программа выхода из кризисной ситуации») [9], в целом, на советских условиях. Протокол предполагал непризнание законности XIV съезда, сворачивание демократических преобразований и оставление в Чехословакии постоянного контингента советских войск (только после этого режим военной оккупации формально снимался).

Дубчек смирился с необходимостью подписания протокола, фактически ликвидировавшего завоевания «Пражской весны» и ограничивавшего суверенитет Чехословакии, видя в этом необходимую цену за предотвращение кровопролития. Из этого же исходили президент Свобода, прибывший в Москву и энергично настаивавший на подписании соглашения, и член чехословацкой делегации Густав Гусак, открыто перешедший на сторону Москвы и впоследствии за это назначенный генеральным секретарем ЦК КПЧ. Из всех членов «чехословацкой делегации» (как официально стала называться эта группа) подписать протокол отказался только Франтишек Кригель. За это его попытались задержать в СССР, но Дубчек и другие члены делегации отказались вылетать без него, и Кригель был спешно доставлен в аэропорт к самолёту.

ПОДВЕДЕНИЕ ИТОГОВ

Почему происходящее в Советском Союзе и странах СЭВ в те годы было контрреволюцией мы обосновали ранее [10]. Но почему же была контрреволюцией и «Пражская весна»? Вопрос хоть и наивный, но ответить на него необходимо. По сути ПВ была борьбой за установление безликого капиталистического режима, коих сейчас полно по всему миру. Наиболее яркими примерами являются европейские государства. Свобода передвижения, которой прожужжали уже все уши – это свобода передвижения от съёмной халупы до ненавистной работы. И никуда тебе не рыпнуться. Плати свой кредит и паши безвылазно. Такая вот свобода передвижения. Свобода слова, говорите? После рабочей недели с 12-ти часовыми сменами говорить что-то особо не хочется, хочется только круглые сутки спать. Можно продолжать ещё долго, но «имеющие уши да услышали».

[1] – https://ru.wikipedia.org/wiki/Пражская_весна

[2] – Одноколенко О. Сын комиссара (рус.) // Итоги. — 2011. — 28 марта (№ 13 (772))

[3] – Rezoluceústředníhovýboru KSČ k politickésituaci— Praha, 5 duben 1968.

[4] – http://www.bibliotekar.ru/encSlov/17/156.htm

[5] – https://artlit.club/27-iyunya-dve-tysyachi-slov/

[6] – http://www.museum.unn.ru/managfs/index.phtml?id=8023_32

[7] – http://www.itogi.ru/obsh-spetzproekt/2013/43/195229.html

[8] – https://ru.wikipedia.org/wiki/Ввод_войск_в_Чехословакию_(1968)

[9] – http://www.wikiznanie.ru/wp/index.php/Дубчек,_Александр

[10] – https://russianwasteland.ru/теория/330/

Позиция Редакции

18 ноября 2018 г.