ГОСУДАРСТВО – ЭТО МЫ!

Принято считать, что бюрократия есть вселенское зло, оккупировавшее своими необъятными седалищами все властные органы любого современного государства. И что от нее всем нам не следует ожидать ничего хорошего. Верно ли это суждение? Или же бюрократия – это просто своего рода инструмент для достижения каких-либо целей различными классами общества, который при должной модификации сможет поспособствовать воплощению в жизнь наших интересов? А может бюрократия как отдельная социальная группа нам вовсе не нужна и ее функции может выполнять каждый из нас попеременно, а общество тем самым перестанет делиться на «вершителей» и «исполнителей»? 

Бюрократия как отряд буржуазии и рабочие как представители пролетариата, отчуждённые от явного исполнения организационных функций, воспринимаются как несовместимые и противопоставленные друг другу социальные группы. Сам термин «рабочая бюрократия» возник и употреблялся как обозначение разложения классовой структуры пролетариата и выделение в ней буржуазных элементов.

Если более внимательно рассмотреть этот предмет, то оказывается, что буржуазия при своей диктатуре естественным образом монополизирует государственные структуры, к которым относится как бюрократия, так и армия, полиция, суд, наука, образование и т.д. Таким образом, если мы говорим о государстве пролетариата, то фактически его синоним будет пролетарская или рабочая бюрократия, без всяких кавычек и усмешек, поскольку удержать власть может только класс, создавший свою собственную бюрократию.

В первую очередь нужно определить термины, так как до сих пор этим занималась буржуазия, а она всякой внешней определенности в делах управления старается избегать. Так что же такое бюрократия? Прочесть мы можем, что бюрократия – тип государственного управления или группа людей, которая его осуществляет. Критиковать эти положения можно долго и содержательно, но всё это будет борьба с подставной мишенью. Для буржуазии создание ложных сущностей является стандартным способом защиты своих интересов в области информации и носит название «свобода мнений». В реальности бюрократия – это, конечно, не группа людей, а вид деятельности и лишь во вторую очередь постоянная или временная группа людей, его осуществляющая. Наблюдая за тем, что принято называть бюрократией, мы можем заключить, что это деятельность по приведению реальности в соответствие с описаниями. Довольно легко убедиться, что эта деятельность вполне бытовая, всеми нами осуществляемая и никакого разрешения не требующая. Но, разумеется, это только одна сторона организованного взаимодействия. Другая сторона – реальность совсем не всегда может быть приведена в соответствии с описанием, она существует независимо от нашего сознания, даже тогда, когда нами же создана. Власть техники над нами тоже вполне реальна, потому и происходят катастрофы.

Несмотря на то, что про технократию мы можем прочесть нечто столь же невнятное, как и про бюрократию, также наблюдая эту деятельность, мы можем заключить, что технократия является приведением описаний в соответствие с реальностью. Что бы мы не делали, мы одновременно осуществляем изменение своих представлений в этих встречных направлениях – бюрократическом и технократическом. В первую очередь, мы поступаем так с самими собой как объектом собственного труда. Для лучшего понимания: мы задумали поехать куда-либо на автобусе – это бюрократическое описание и действие. Приходим на остановку, а автобусы не ходят по техническим причинам, тогда мы находим тот транспорт, который идёт до нужного нам места – это действие технократического характера.

Вообще, в государственном управлении нет ничего, чем бы не пользовался каждый человек в повседневной бытовой практике. Именно поэтому для описания способов управления государством господствующими классами используются преимущественно непонятные слова.

Бюрократия в основном связана с управлением людьми и по этой причине имеет огромные резервы для идиотизма в сфере указаний, поскольку люди обладают возможностью при исполнении указаний этот идиотизм компенсировать в практическом отношении. Феномен итальянской забастовки – работы строго по инструкции – прекрасно показывает, что ничего бюрократическим путём управляться не может. Итальянская забастовка – это момент, когда люди напрямую сталкивают описание с техникой и выясняется, что техника в соответствии с описаниями вообще не может работать. Таким способом они напоминают нанимателю, что их умственная работа является основной и требует оплаты в первую очередь. Фактические управленческие функции пролетариата буржуазией никогда не будут признаны, более того всегда будут подавляться, что только оттеняет его организационное превосходство. Одновременно с бюрократической функцией трудящимися выполняется и технократическая по той причине, что ни один объект или процесс не может быть исчерпывающе описан, потому что и описания, и объекты существуют по совершенно разным законам.

Если мы говорим о буржуазной бюрократии, то её деятельность, будучи сколь угодно некомпетентной или разрушительной, отражается не на самой буржуазии, а на пролетариате. Поэтому бюрократическо-технократический комплекс в описаниях организационной деятельности не отражается – в самой деятельности уровень обратных связей крайне низок.

Что касается рабочего государства, то здесь все работает противоположным образом. Люди принимают решения в отношении самих себя, т.е. отсутствует разделение на «вершителей» и «исполнителей». При выделении из пролетариата управленческих бюрократических групп, они, несмотря на своё происхождение, действительно по объективным причинам перерождаются в буржуазию. Первая причина: они не несут объективной физиологической ответственности за качество принятых решений, а контроль пролетариата за их деятельностью, во-первых, крайне затруднителен, а, во-вторых, реализуется уже на субъективном уровне, а не при объективном взаимодействии с орудиями и предметами труда. Вторая причина: будучи организаторами социалистического хозяйства, они неизбежно вступают в разнообразные производственные отношения с организаторами хозяйства капиталистического, а связь с пролетариатом, благодаря изменению характера труда и социальных связей, неизбежно теряется. В результате, трудовой процесс объективно исключает их из рядов пролетариата и включает в ряды мировой буржуазии. При этом внутри бюрократии, имеющей рабочее происхождение, неизбежно происходит раскол. У наиболее далекой от пролетариата части, обычно это высшая бюрократия, гипертрофируются именно бюрократические подходы, а более близкая к пролетариату и реальности часть естественно реализует более технократические подходы. Раскол бюрократии и внутреннее противостояние в её среде становится неизбежным, о чем нам и повествует хроника взаимных политических репрессий в ходе развития и угасания Советского Союза.

Таким образом, на теоретический вопрос о том, как может быть организована устойчивая выделенная рабочая бюрократия? – мы можем дать совершенно чёткий ответ – никак. С другой стороны, без этого вида деятельности ни одно общество обходиться не может, и с ростом организованности общества её значение только возрастает. Как же быть? Ответ на этот вопрос дали классики научного коммунизма: освобождение пролетариата дело рук самого пролетариата. Если пролетариат берет в свои руки власть, то это означает что он, сохраняя за собой производственные функции, начинает исполнять так же и организационные. Опять же, как было указано классиками, развитие общества неизбежно приводит к преодолению разделения труда. Происходит универсализация социальных функций, опирающихся на универсальность человеческой природы. Люди не рождаются представителями тех или иных классов или профессиональных групп.

Также, следуя указанным классиками путём, мы можем судить о направлении развития общества по развитию средств производства. Они находятся на таком же пути развития – от фотоаппаратов, арифмометров, пишущих машинок, фонарей и огромного количества других специализированных устройств, мы пришли к универсальным компьютерам. От высокоспециализированных станков мы пришли к обрабатывающим центрам с ЧПУ и 3D принтерам. Итак, если раньше развитие общества шло по пути специализации, в результате которой возник как сам пролетариат, так и его орудия труда, то теперь общий вектор меняется на универсализацию.

Капитализм пытается задержать нас в прошлом, навязывая мир узкоспециализированных профессионалов. Однако он сам является носителем этой универсализации, примером чего может служить как «вращающаяся дверь» в организации буржуазной верхушки, так и, например, кадровая политика в единственной собственно буржуазной силовой структуре современной России – МЧС, где к сотрудникам предъявляется требование одновременного владения как минимум двумя профессиями. Буржуазия и другие господствующие классы очень часто являются выразителями тех тенденций в обществе, которые сами не могут реализовать.

Рабочая бюрократия может оставаться именно рабочей, только если бюрократические, как и технократические, функции будут осуществлять действующие, а не бывшие рабочие. Для пролетариата это означает, что на повестке дня находится очередной этап интенсификации производства за счёт принципиального сокращения рабочего дня, принципиального сокращения рабочего года и его разделение на части, в совокупности, обеспечивающие универсальность социальных функций. Это вполне соответствует рекреационному принципу, известному, в том числе, в экологии. Система может восстанавливаться в том случае, если 1/3 её ресурсов задействуется в производственном процессе, 1/3 остаётся совершенно свободной и 1/3 находится под влиянием обеих этих зон. Именно так устроено суточное расписание, не вызывающее восстаний: 8 часов рабочий день, 8 часов – сон и 8 часов время между ними. Одну треть года человек может/должен посвящать какой-то очень высоко квалифицированной, например, бюрократической (управленческой) трудовой деятельности, одну треть года находиться в отпуске и одну треть года находиться в трудовом отпуске, осуществляя ту трудовую деятельность, которая ему наиболее приятна – по компенсаторным причинам, либо наиболее интересна или же осуществляется в тех местах, которые он хотел бы посетить, а также по иным, личным мотивам. Современная профессиональная специализация, когда одни и те же системы органов нагружаются круглый год, а другие атрофируются от бездействия, ничего, кроме интенсификации профессиональных заболеваний, включая раннюю деменцию у работников умственного труда, вызывать не может. Стихийным образом процесс преодоления специализации уже давно идёт – через хобби, увлечение экстремальными видами спорта, ведение дачного хозяйства. Многие пока стесняются признать наличие потребности в тяжёлом труде и маскируют свои действия необходимостью получения утилитарных результатов, но фундаментальная физиология человека берёт своё.

Любой господствующий класс осуществляет свою диктатуру, как бы она не называлась (демократия, монархия, республика и пр.), через собственные хозяйственные подразделения. Феодальная организация вырастает из структуры сельскохозяйственного производства. Буржуазная – из фабричных и банковских контор. Различные явные политические органы власти – это лишь внешнее представительство хозяйственных структур. Пролетариат хозяйственно организован в трудовые коллективы, и Советы изначально были их внешним представительством. Поскольку пролетариат не занят организацией антисоциального общества, он может открыто заявлять о своей диктатуре и не имеет принципиальной необходимости скрывать власть своих хозяйственных подразделений за теми или иными политическими органами.

В итоге, благодаря универсализации социальных функций и интенсификации производства, первичными органами власти, на которых будет основываться система централизованных органов государственного управления, в перспективе становятся вооружённые заводы, комплексно осуществляющие все функции органов управления. Политическая ситуация должна выглядеть таким образом, что люди будут обращаться за решением своих проблем не в некий отвлеченный территориальный орган, который может находиться или оказаться в чьих угодно руках, а непосредственно на завод. Система буржуазной демократии основана на том, что люди голосуют за неких кандидатов, которых они в жизни никогда не видели, тем более, никогда вместе с ними не работали, а выдвинули их (профинансировали выдвижение) совершенно закрытые от общества структуры. Иерархия доверия на заводах вообще не основана на голосовании, не основана на мнениях, приязни, имидже и ещё чем-либо таком, за что нас призывают продать свою жизнь. Она основана на объективных свойствах людей – способности выполнять поставленные перед ними задачи, и соответственно этому, формируется без всякого голосования и прочих процедур от слова дурачить. Люди или пользуются доверием других членов коллектива, или нет, тут уже придётся решать, что вам дороже, ваша жизнь или процедура голосования. То есть технически она применяется, конечно, но только как закрепление уже свершившегося факта. Поэтому в социалистическом Советском Союзе выборы были праздником, а не уголовной склокой. Ленин называл такое положение дел «самодержавием народа» [1].

Также важно рассмотреть вопрос о теоретической перспективе построения бесклассового и безгосударственного общества. Бесклассовое общество кому-то мнится как вкусное и питательное сообщество деклассированных индивидуумов. В реальности классовое общество отрицает себя в классовой борьбе, ведущей к созданию одноклассового общества, общества, в котором один из классов перерастает во всё общество и именно таким образом уничтожает его классовую структуру. Аналогично и с государством. Знаменитая сталинская формула «отмирание государства придёт не через ослабление государственной власти, а через её максимальное усиление» [2], означает, что в государственное управление, в бюрократию вовлекается настолько большое количество людей, что оно перестаёт быть выделенным аппаратом, его функции распределяются во всей массе общества. Функционально этот процесс связан со сталинским же тезисом о необходимости сокращения рабочего дня до 5-ти часов.

В современном мире наука вошла не только в число производительных сил, но и в число директивных органов, органов политического управления. В то, в какой степени взгляды буржуазной науки соответствуют наблюдаемой реальности, мы здесь вдаваться не будем, но то, что с установлением глобальной диктатуры буржуазии наука утеряла способность создавать целостную картину мира – это факт. С установлением своего господства, буржуазия потеряла общие цели, и, соответственно, обслуживающая её интересы буржуазная наука не может иметь целостных взглядов и подходов. Однако реальность целостна по своей природе и вне всяких дискуссий отсутствие целостной картины мира реальности не адекватно. Занятие наукой всегда было прерогативой господствующего класса. Начиналась она с совместных возлияний на симпозиумах рабовладельцев, далее перешла в монастыри и университеты, затем в научные учреждения при конторах соответствующих фирм. На ранних этапах развития капитализма часто наиболее успешные исследователи становились основателями соответствующих производственных корпораций. Дальнейший путь смещения центров научной деятельности так же приводит нас на заводы. Пролетариат, как и господствующие классы в прошлом, неизбежно сосредотачивает в своих руках все способы управления, включая создание представлений о мире. Процесс уже идёт – рост количества исследовательских (любительских) электронных ресурсов носит взрывной характер. Сама логика дальнейшего развития познания требует расширения его экспериментальной, кадровой, организационной и интеллектуальной базы. Реализация универсальной природы человека всегда находилась в области производства и, соответственно, универсализация производства должна привести к тому, что структура заводов будет включать в себя властные подразделения, производственные подразделения, научные подразделения и военно-правовые подразделения (права могут быть гарантированы только силой оружия). Например, производственный корпус, лабораторный корпус, ангар с танками, производственный корпус, лабораторный корпус, ангар с боевыми вертолётами и т.д.

Что же получит общество в результате таких изменений? Общество, которое стремится опустить всех людей до положения рабочей скотины, получит то, что заслужило. Какое общество получим мы? В первую очередь общество с высоким качеством жизни. Не бесконечного количества барахла, которое через год превращается в мусор, что нам выдают за уровень или качество жизни буржуазные агитаторы, а реального качества жизни. Под качеством жизни следует понимать только возможность человека управлять своей судьбой, строить её по своему желанию и строить общество в соответствии со своими представлениями. При возможности менять вид деятельности в течение года, человек приобретает возможность изучать общество с нескольких точек зрения и воздействовать на него с нескольких направлений. Если вас не устраивает работа медицины, армии или администрации, почему бы не поработать там для начала на низовых должностях, что уже сильно оздоровит обстановку. Если возникнет интерес к виду деятельности, в котором у вас нет профессиональных знаний, почему бы при коротком рабочем дне не получить недостающее специальное образование, опираясь на уже имеющийся практический опыт? Управлять какой-либо деятельностью можно только через непосредственное участие в ней. В структуре общества, таким образом, возникает естественная система горизонтальных, вертикальных и косых связей. Про косые связи в обществе вы читаете здесь в первый раз. Если же посмотреть на технические сооружения, то легко убедиться, что это постоянно присутствующий элемент конструкции, препятствующий её складыванию (перекрёстные, угловые, диагональные связи и т.д.). А в обществе о них даже не слыхали. Какая его ожидает судьба [3]?

Но, вероятно, проектирование косых связей в обществе пока для нас высший пилотаж, мы ещё никак не поймём, что управленческая вертикаль должна опираться на пропорциональную горизонталь, хотя архитектурная конструкция, построенная без учёта этого обстоятельства, стала поговоркой – «построено на песке». Было бы для всех безопаснее, если бы управленческие кадры получали предварительно хотя бы элементарный строительный опыт. Это и есть те косые связи, о которых говорилось выше.

Так вот, что такое любая бюрократия по своей сути? Это люди, которые будут распоряжаться вами как сырьем для изготовления чего-нибудь. Бюрократия, состоящая из людей, которые в лучшем случае не умеют ничего делать, израсходуют вас зазря. Бюрократия, состоящая из людей, которые научились не портить оборудование, не переводить впустую сырьё и не калечить хотя бы себя, будет вас расходовать вполне рачительно, в особенности потому, что она будет вас расходовать вместе с собой.

[1] – «Материалы по пересмотру партийной программы»

Написано в апреле — мае 1917 г.

Напечатано в первой половине июня 1917 г. в брошюре «Материалы по пересмотру партийной программы», изданной в Петрограде издательством «Прибой».

[2] – «Уничтожение классов достигается не путём потухания классовой борьбы, а путём её усиления. Отмирание государства придёт не через ослабление государственной власти, а через её максимальное усиление, необходимое для того, чтобы добить остатки умирающих классов и организовать оборону против капиталистического окружения, которое далеко ещё не уничтожено и не скоро ещё будет уничтожено».

Доклад на Объединённом пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) (7 января 1933 г.)

[3] – Примерно такая – https://www.vesti.ru/doc.html?id=196192&cid=9

Позиция Редакции

20 февраля 2018 г.